625
ИДЕЯ
626
Лит.: Маркс К. иЭнгельс Ф., Манифест Ком­мунистической партии, Москва, 1932; и х ж е, Немецкая идеология, М., 1933; Маркс К., К критике полити­ческой экономии, М., 1933 (Предисловие); Энгельс Ф., Диалектика притоцы, 6 изд., М., 1933 (глава «Роль труда в процессе очеловечения обезьяны»); его же, Анти-Дюринг, 6 изд., М., 1933; его же, Людвиг Фей­ербах, 2 изд., М.—Л., 1931; Маркс К. иЭнгельс , Ф., Письма, 4 изд., М.—л., 1932 (Письма Энгельса: к Ф. Мерингу от 14/VII 1893, к И. Блоху от 21/IX 1890, к Штаркенбургу от 25/1 1894; Письмо Маркса к П. В. Ан­ненкову от 28/ХП 1846); Ленин В., Речь на III Все­российском съезде РКСМ 2 октября 1920, Соч., т. XXV, М.—Л., 1929; е г о ж е, О пролетарской культуре, (там же); его ж е, О значении воинствующего материализ­ма, т. XXVII, 1931; его же, Маркс, Энгельс, марксизм [Сб. статей], 4 изд., М., 1935; Сталин И., Вопросы ленинизма, 10 изд., [М.], 1934.                  Я. Бобровников.
ИДЕЯ (греч.—вид, образ)—мысль о каком-нибудь предмете или процессе, происходящем в действительности. Отражая объективный мир, И. как процесс проходит ряд ступеней от са­мого общего осознания данной области дей­ствительности к все более всестороннему, пол­ному ее охвату. Правильность И., ее объек­тивность, проверяется практикой, когда на основе И. происходит практическое изменение действительности. В И. находят свое выраже­ние мысли и интересы людей. В классовом обществе И. носят резко выраженный клас­совый, партийный характер даже тогда, ког­да носители их пытаются им придать якобы нейтральный, внеклассовый характер. Науч­ной является лишь та идея, которая покоится на познании реальной действительности, на учете объективных условий и возможностей.
И. революционного класса носят научный характер, т. к. его интересы и исторические задачи совпадают с тенденцией общественного развития и он заинтересован в изменении су­ществующего, а следовательно и в наиболее полном познании объективной действитель­ности. Научны все И. пролетариата как класса последовательно революционного, сознатель­но уничтожающего классовое общество и со­здающего новое, коммунистическое обшество.
Кроме реальных научных идей бывают и И. фантастические, химерические, оторван­ные от реальной действительности или иска­жающие ее. Возможность отрыва И. от кон­кретной действительности основывается на том, что процесс нашего познания, процесс отра­жения действительности в нашем сознании «не есть простой, непосредственный, зеркально-мертвый акт, а сложный, раздвоенный, зиг­загообразный» (Ленин), что в наших И. отра­жаются прежде всего моменты общего, к-рые могут быть (в соответствующих социальных условиях) оторваны от конкретного, и это од­ностороннее раздувание, распухание одной из черточек сторон, граней познания в абсо­лют, оторванный от материи, приводит к «от­лету фантазии от жизни», к превращению И. в фантазию, «ибо и в самом простом обобще­нии, в элементарнейшей общей идее („стол" вообще) есть известный кусочек фантазии» (Ле­нин В., Философские тетради, Конспект книги Аристотеля «Метафизика», М.—Л., 1934, стр. 336). Эти моменты творческой фантазии, при­сущие и каждой научной И., надо отличать от таких И., где фантазия превращена в абсо­лют, оторванный от действительности.
Фантастическими бывают И., выражающие интересы класса, хотя д революционного, но еще слабо развитого, на той стадии развития данной общественной формы, когда в самой действительности еще отсутствуют материаль­ные условия для ее изменения; эти И. отрыва-
ются от реальной действительности и прини­мают фантастический характер. Таковы напр. И. утопического социализма, к-рые в момент их появления носили, в основном, революци­онный характер, хотя и не намечали реаль­ных путей их осуществления, «...фантастиче­ское описание будущего общества возникает из первого, полного предчувствия, порыва про­летариата к всеобщему преобразованию обще­ства,—в то время, когда пролетариат еще на­ходится в очень неразвитом состоянии и пред­ставляет себе свое положение еще совершенно фантастически» (Маркс К. и Энгельс Ф., Ма­нифест коммунистич. партии, М.—Л., 1932). Реакционный, фантастический, ненаучный ха­рактер носят И. классов, уходящих с истори­ческой сцены, превратившихся в тормаз ис­торического хода развития. Классовая воля, находящая свое выражение в И. этого класса, противоречит развитию объективной действи­тельности, противоречит интересам огромного большинства народа. Его И. извращают явле­ния объективной действительности. Таковы напр. И., выдвигаемые современными фаши­стами, социал-демократич. И. «организованного капитализма». Таковы и все религиозные И.
В идеалистической философии (см. Идеа­лизм) отрыв И. от конкретной действительно­сти приводит к превращению И. в самостоя­тельную сущность, существующую отдельно и независимо от материи. Таковы например веч­ные и неизменные идеи Платона, которые он рассматривает как умопостигаемые сущности вещей, в противоположность чувственным, преходящим явлениям. В философии Гегеля И. превращается в самостоятельную сущность, порождающую природу, историю и мышление.
Другая разновидность идеалистического по­нимания И. рассматривает И. как присущую человеческому сознанию до опыта и независи­мо от него (врожденные И. Декарта, Лейбни­ца). Близко к этому взгляду на И. кантовское понимание И.* Для Канта И. суть необходимые понятия, вытекающие из функции чистого ра­зума—завершить в высшем систематическом единстве всякое рассудочное познание. В отли­чие от категорий рассудка, которые, по Кан­ту, тоже априорны, однако «даются в опыте и их основоположения опытом подтверждают­ся» («Пролегомены»), И. разума не имеют соот­ветствующего им предмета в опыте.
Обоснование эмпирического понимания И. в новой философии находим у Локка, который различает простые И., как ощущения, и слож­ные И.—понятия, к-рые получаются в резуль­тате сравнения, соединения и отвлечения про­стых И. Локковский эмпиризм был последо­вательно развит на материалистической осно­ве материалистами 18 в. Но этот материализм как метафизический рассматривал познание как пассивное созерцание, без учета диалекти­ческого характера процесса познания и связи его с практической деятельностью человека. Этот материализм не мог дать подлинно науч­ного понимания И., а вместе с тем социальной и теоретико-познавательной критики фанта­стических идей.
Лит.: Маркс К., К критике политической эко­номии, т. XII, ч. 1, М., 1933 (Щ едисловие); его же, Капитал, т. I, M., 1934, гл. 5, сто. 207—208; Эн­гельс Ф., [Письмо] к Конраду Шмидту от 12 мат та 1895, в кн.: Маркс К. и Энгельс Ф., Письма, под ред. В. Адогатского, 4 изд., М.—Л., 1932; Ленин В., К вопросу о диалектике, Соч., т. XIII, 3 изд., М.—Л., 1928; его же, Философские тетгади, М.— Л., 1934 (Конспект книги Гегеля «Лекции по историп фи-


Запрещено использование материалов в коммерческих целях.
Вся информация представлена только для ознакомления.