ЛЕНИНИЗМ    206

} * ционеров быстрое свершение его» (см. т. XXV, ■я». 223).

Но свергнуть власть буржуазии и поставить злють пролетариата в одной стране — еще не значит обеспечить полную победу социализма, '"прочив свою власть и поведя за собой крестьянство, пролетариат победившей страны может и должен построить социалистическое общество. Но значит ли это, что он тем самым достигнет полной, окончательной победы социализма, т. е. значит ли это, что он может силами лишь одной страны закрепить окончательно социализм и вполне гарантировать страну от интервенции, а значит, и от реставрации? Нет, не значит. Для этого необходима победа революции по крайней мере в нескольких странах. Поэтому развитие и поддержка революции в других странах является существенной задачей победившей революции. Поэтому революция победившей страны должна рассматривать себя не как самодовлеющую величину, а как подспорье, как средство для ускорения победы пролетариата в других странах.

Ленин выразил эту мысль в двух словах, сказав, что задача победившей революции состоит в проведении «максимума осуществимого в одной стране для развития, поддержки, пробуждения революции во всех странах» (см. т. XXIII, стр. 385).

.Таковы, в общем, характерные черты ленинской теории пролетарской революции.

IV. Диктатура пролетариата.

Из этой темы я беру три основных вопроса:

а) диктатура пролетариата, как орудие пролетарской революции; б) диктатура пролетариата, как господство пролетариата над буржуазией; в) Советская власть, как государственная форма диктатуры пролетариата.

I) Диктатура пролетариата, как орудие пролетарской революции. Вопрос о пролетарской диктатуре есть прежде всего вопрос об основном содержании пролетарской революции. Пролетарская революция, ее движение, ее размах, ее достижения облекаются в плоть и кровь лишь через диктатуру пролетариата. Диктатура пролетариата есть орудие пролетарской революции, ее орган, ее важнейший опорный пункт, вызванный к жизни для того, чтобы, во-первых, подавить сопротивление свергнутых эксплоататоров и закрепить свои достижения, во-вторых, довести до конца про-ле'гарскую революцию, довести революцию до полной победы социализма. Победить буржуазию, свергнуть ее власть революция сможет и без диктатуры пролетариата. Но подавить •: опротивление буржуазии, сохранить победу н двинуться дальше к окончательной победе социализма революция уже не в состоянии, гели она не создаст на известной ступени сво--т:> развития специального органа в виде диктатуры пролетариата, в качестве своей основ-и:а опоры.

‘Основным вопросом революции является кшрое о власти» (Ленин). Значит ли это, что дал ограничивается тут взятием власти, ее талзатом? Нет, не значит. Взятие власти, это— г-ь-тысо начало дела. Буржуазия, свергнутая :.г а стране, надолго еще остается, в силу шижжх причин, сильнее свергнувшего ее проста. Поэтому все дело в том, чтобы удер-

- : - ть. укрепить ее, сделать ее непобеди-Ч:; нужно для того, чтобы добиться этой

цели? Для этого необходимо выполнить по крайней мере три главные задачи, встающие перед диктатурой пролетариата «на другой день» после победы:

а)    сломить сопротивление свергнутых и экспроприированных революцией помещиков и капиталистов, ликвидировать все и всякие их попытки к восстановлению власти капитала;

б)    организовать строительство в духе сплочения всех трудящихся вокруг пролетариата и повести эту работу в направлении, подготовляющем ликвидацию, уничтожение классов;

в)    вооружить революцию, организовать армию революции для борьбы с внешними врагами, для борьбы с империализмом.

Диктатура пролетариата нужна для того, чтобы провести, выполнить эти задачи.

«Переход от капитализма к коммунизму,—говорит Ленин,—есть целая историческая эпоха. Пока она не закончилась, у эксплоататоров неизбежно остается надежда на реставрацию, а эта надежда превращается в попытки реставрации. И после первого серьезного поражения, свергнутые эксплоататоры, которые не ожидали своего свержения, не верили в него, не допускали мысли

о нем, с удесятеренной энергией, с бешеной страстью, с ненавистью, возросшей во сто крат, бросаются в бой за возвращение отнятого „рая“, за их семьи, которые жили так сладко и которые теперь „простонародная сволочь“ осуждает ва разорение п нищету (или на „простой“ труд...). А за эксплоататорами-капиталистами тянется широкая масса мелкой буржуазии, про которую десятки лет исторического опыта всех стран свидетельствуют, что она шатается и колеблется, сегодня идет за пролетариатом, завтра пугается трудностей переворота, впадает в панику от первого поражения или полупораження рабочих, нервничает, мечется, хныкает, перебегает из лагеря в лагерь» (см. т. XXIII, стр. 355).

А буржуазия имеет свои основания делать попытки к реставрации, ибо она после своего свержения надолго еще остается сильнее свергнувшего ее пролетариата.

«Если эксплоататоры разбиты только в одной стране,— говорит Ленин,—а это, конечно, типичный случай, ибо одновременная революция в ряде стран есть редкое исключение,—то они остаются все же сильнее эксплоатиру-емых» (см. там же, стр. 354).

В чем сила свергнутой буржуазии?

Во-первых, «в силе международного капитала, в силе и прочности международных связей буржуазии» (см. т. XXV, стр. 17 3).

Во-вторых, в том, что «эксплоататоры на долгое время после переворота сохраняют неизбежно ряд громадных фактических преимуществ: у них остаются деньги (уничтожить деньги сразу нельзя), кое-какое движимое имущество, часто значительное, остаются связи, навыки организации и управления, знание всех „тайн“ (обычаев, приемов, средств, возможностей) управления, остается более высокое образование, близость к технически высшему (по-буржуазному живущему и мыслящему) персоналу, остается неизмеримо больший навык в военном деле (это очень важно) и так далее, и так далее* (см. т. XXIII, стр. 354).

В-третьих, «в силе привычки, в силе мелкого производства. Ибо мелкого производства осталось еще на свете, к сожалению, очерь и очень много, а мелкое производство рождает капитализм и буржуазию постоянно, ежедневно, ежечасно, стихийно и в массовом масштабе*...ибо «уничтожить классы—значит не только прогнать помещиков и капиталистов,—это мы сравнительно легко сделали,— это значит также уничтожить мелких товаропроизводителей, а их нельзя прогнать, их нельзя подавить, с ними надо ужиться, их можно (и должно) переделать, перевоспитать только очень длительной, медленной, осторожной организаторской работой* (см. т. XXV, стр. 173 и 190).

Вот почему говорит Ленин, что:

«Диктатура пр летариата есть самая беззаветная и самая беспощадная война нового класса против более могущественного врага, против буржуазии, сопротивление которой удесятерено ее свержением», что «...диктатура пролетариата есть упорная борьба, кровавая и бескровная, насильственная и мирная, военная и хозяйственная, педагогическая и администраторская, против сил и традиций старого общества» (см. там же, стр. 173 и 191).

Едва ли нужно доказывать, что выполнить эти задачи в короткий срок, провести все это в несколько лет—нет никакой возможности. Поэтому диктатуру пролетариата, переход от капитализма к коммунизму нужно рассматривать не как мимолетный период в виде ряда




Запрещено использование материалов в коммерческих целях.
Вся информация представлена только для ознакомления.