Ш МОСКВА 112

бойницами и башнями, которые служили надежной защитой для населения Кремля, для феодальной знати, не только от врагов внешних, но и от внутренних, от угнетенных народных масс. Новые кремлевские сооружения резко выделялись на фоне деревянного посада с примитивными бревенчатыми строениями, окруженного огородами и пастбищами. В 1534— 1538 посад около Кремля был окружен Китайгородской стеной. Рост населения столицы потребовал уже к концу 16 в. нового укрепления

Московская улица в 17 в. (из Олеария).

сильно расширенной территории. Для этой цели были воздвигнуты стены Белого города, кольцом опоясавшие Кремль п Кптай-город (на месте теперешнего кольца бульваров). В 1592 было сооружено третье оборонительное кольцо (на месте нынешнего Садового кольца), захватившее также и Замоскворечье. От Кремля радиусами расходились главнейшие улицы, переходившие за пределами посада в дороги, соединявшие М. с др. пунктами страны (Тверская, Серпуховская, Смоленская н др.). В течение 16 в. росло и укреплялось значение М. как центра экономич. и политич. жизни Московского гос-ва. В М. стекались товары с самых отдаленных окраин страны. В М. приезжали как европ., так и вост. купцы. В палатах кремлевского дворца московские государи принимали иностранных послов. Здесь же собиралась боярская дума. На склоне кремлевской горы вырастали здания московских приказов. На Красной площади, где в память завоевания Казани только что был построен храм Василия Блаженного, М. видела казни Ивана Грозного времен опричнины.

Крепостничество _ в стране определяло весь социальный строй ее столицы, весь узел классовых конфликтов и столкновений, весь уклад, быт и внешний облик города. М. в 17 в. не уступала по величине Парижу и превышала многие города Европы. Но по виду она казалась большой деревней, хотя и была в то время центром торговли и ремесла в феодальной России. Издали М. производила на иностранцев прекрасное впечатление, но как только путешественник въезжал в город, он видел кривые и грязные улицы, бедные лачуги, овраги и нечистоты даже в центре города, отвратительную клоаку под стенами Кремля. Воздух был насыщен миазмами. Сами власти признавали, что «в городе множество помету и всякого скаредства, отчего может быть повреждено здоровье».

В течение 17 в. М. содрогалась от народных волнений, голодных бунтов. Еще во время голода 1602—03 феодалы и купцы в М. были чрезвычайно напуганы недовольством городских низов. Вторжение в Москву поляков и воцарение их ставленника Лжедмитрия вызвали в народе крупные волнения, которыми воспользовались бояре, составившие заговор против Лжедмитрия и убившие его. Особенно грозны были восстания при Алексее Михайловиче. Летом 1648 городские низы вновь подняли восстание против произвола московской феодально-крепостнической верхушки, уничтожив наиболее ненавистных бояр и царских слуг.

В 1662 московская беднота восстала из-за выпуска медных денег по цене серебряных. Опираясь на войска иноземного строя и часть I стрельцов, царь жестоко подавил восстание.

В М. нашел свою гибель вождь массового революционного движения—Степан Разин.

Статистика конца 17 в. дает след, картину распределения московских дворов: дворянам в М. принадлежало 4.500 дворов, дьякам—

1.400,попам—1.375,посадским—6.200,купцам— 3‘24, крестьянам—670, военным людям—570, дворцовым служащим—500, ремесленникам— 460. Многотысячному крестьянскому и ремесленному населению в феодальной М. принадлежала самая незначительная часть дворов.

С 1714 столицей России стал Петербург* Туда переехал двор, были перенесены главные учреждения. Но М. оставалась- резиденцией многочисленного крупного и мелкого дворянства. В руках дворянства концентрируются \ огромные владения. Этот процесс шел за счет разорения слободских дворов. Прежний тип посадского или стрелецкого двора еще не исчез, но стала господствовать просторная крепост- • ная усадьба. Крупнейшие московские крепостники воздвигали грандиозные здания, окруженные дворовыми службами и тенистыми садами. Уеадьба графа Воронцова занимала в самом центре города два теперешних квартала. Улицы и переулки, на которых стояли дворянские усадьбы, получали названия по собственникам нз дворян н купцов (Салтыковы, Черкасские, Гагарины, Еропкины, Трубецкие и др.).

В начале 20-х годов 18 в. многие из богатых московских купцов построили в М. фабрики и заводы (Большой суконный двор, полотняная фабрика Тамеса, суконная фабрика Журавлева). Получив право владеть крепостными людьми, приписанными к их промышленным предприятиям, купцы фактически занимали положение помещиков-дворян. Хищнической экс-плоатацией стекавшихся в М. крепостных московским купцам удалось сколотить огромные капиталы. Особенно видную роль в образовании кадров будущей московской буржуазии сыграли купцы-старообрядцы, сколотившие миллионные капиталы на народном бедствии— ] чумной эпидемии 1771 — и державшие в своих руках всю хлебную торговлю. Росло и богатело московское купечество, шумно веселилась дворянская столица, глухо и тяжко страдали городские низы, вымирая от недоедания, грязи, нужды и болезней. В течение всего 18 в. смертность московского населения превышала рождаемость. Коренное население города буквально таяло. И тем не менее население выросло в 18 в. Оно увеличивалось за счет притока людей из провинции. Будучи крупнейшим торгово-промышленным центром, М. попрежнему привлекала к себе людские массы.




Запрещено использование материалов в коммерческих целях.
Вся информация представлена только для ознакомления.